Выступление члена ЦИК России, доктора юридических наук, профессора Евгения Ивановича Колюшина на семинаре судей (г.Саратов,
24-25 мая 2007 года)
Как член ЦИК России с большим стажем скажу, что я видел разное отношение к судебным решениям по делам, возникающим из избирательных правоотношений. Во времена первого председателя ЦИК России на голосование выносился вопрос о том, исполнять или не исполнять решение Верховного Суда Российской Федерации. Сейчас все это в далеком прошлом, выстроены нормальные отношения с Верховным Судом Российской Федерации, другими звеньями судебной системы. Мы требуем от всех избирательных комиссий безусловного исполнения вступивших в силу судебных решений.
Мы с пониманием относимся к позиции Верховного Суда Российской Федерации: видимо, еще не пришло время для проведения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по обобщению судебной практики по делам названной категории. Однако необходимо, во-первых, такую задачу обозначать, во-вторых, – проводить и публиковать в Бюллетене Верховного Суда Российской Федерации обобщения судебной практики, ответы на возникающие вопросы по итогам избирательных кампаний.
И судьи, и организаторы выборов заинтересованы в выработке единообразной судебной практики. Решение этой задачи позволит повысить уровень доверия граждан к судебным решениям, способствовать исправлению ошибок в деятельности избирательных комиссий. В этой связи хотел бы обратить внимание прежде всего на трактовку в судебных решениях проблемы соотношения буквы и смысла избирательного закона. Крометого, небезынтересны вопросы о вине и об отмене результатов выборов.
I . При преобладании в целом формального подхода суды нередко занимаются поиском смысла закона, что влечет принятие неодинаковых решений по аналогичным правоотношениям.
1.Подписные листы.
В своём Определении от 25 сентября 2006 года (дело № 84-Г06-7) Верховный Суд Российской Федерации, приняв во внимание, что город Великий Новгород является административным центром субъекта Российской Федерации – Новгородской области, другого города с таким названием в Российской Федерации не имеется, в подписных листах напечатано, что сбор подписей проводится в поддержку кандидата в депутаты Новгородской областной Думы, указано также, что избиратели и лица, осуществлявшие сбор подписей, проживают в г. Великом Новгороде, согласился с позицией Новгородского областного суда, согласно которой отсутствие в подписных листах наименования субъекта Российской Федерации «Новгородская область» в адресе места жительства избирателей и сборщиков подписей не препятствует однозначному восприятию указанных сведений и исключает иное толкование данных об адресе места жительства названных лиц.
Иной позиции Верховный Суд РФ придерживается в Определении от 17 ноября 2006 года (дело № 44-Г06-23). Верховный Суд РФ исходит из определения понятия «адрес места жительства», приведённое в пункте 5 статьи 2 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» (далее – Федеральный закон об основных гарантиях): адрес места жительства - адрес (наименование субъекта Российской Федерации, района, города, иного населенного пункта, улицы, номера дома и квартиры), по которому гражданин Российской Федерации зарегистрирован по месту жительства в органах регистрационного учета граждан по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации. В соответствии с пунктом 6 главы 7 Положения о выборах в Законодательное Собрание Пермского края первого созыва, утверждённого указом Президента Российской Федерации от 19 апреля 2006 года № 402, избиратель в подписном листе записывает адрес места жительства, указанный в паспорте или ином документе, заменяющем паспорт гражданина. Судом были получены образцы оттисков штампов органа регистрации граждан, проживающих в г. Кунгур Пермского края, из которых следует, что все они содержат указание на субъект Российской Федерации. Указание в адресе избирателя, проживающего в г. Кунгур Пермского края, наименования субъекта Российской Федерации являлось обязательным в соответствии с Федеральным законом об основных гарантиях. Поэтому подписи без указания в адресе места жительства избирателя наименования субъекта Российской Федерации в соответствии с пунктом 44 статьи 2 Федерального закона об основных гарантиях являлись недействительными.
2.Нарушение установленного законом порядка выдвижения кандидатов, списков кандидатов.
Согласно подпункту «б» пункта 24 и подпункту «а» пункта 25статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях основанием отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов, выдвинутых политической партией, является несоблюдение требований к выдвижению кандидата, списка кандидатов, предусмотренных Федеральным законом «О политических партиях», который предусматривает, что выдвижение списков кандидатов осуществляется на съезде, конференции, собрании политической партии (или ее регионального, местного отделения) в соответствии с уставом партии тайным голосованием большинством голосов от числа присутствующих делегатов. До 2006 года практика избирательных кампаний шла по пути невмешательства избирательных комиссий и судов в механизм приобретения статуса делегата съезда, конференции.
Так, избирательная комиссия Свердловской области проверила соблюдение требований законодательства и на основании экспертного исследования центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации установила, что представленные выписки из протоколов общих собраний местных отделений партий изготавливались группой лиц, а сами собрания не проводились, делегаты на региональную конференцию не избирались. Указанное обстоятельство явилось основанием признания проведенной партийной региональной конференции неправомочной, а принятые на конференции решения об образовании избирательного блока и выдвижении списка кандидатов – не влекущими никаких правовых последствий. Суд первой инстанции, рассмотрев представленные в судебное заседание материалы, пришел к аналогичным выводам. Вместе с тем в определении от 3 марта 2004 года по делу № 45-Г04-8 Верховный Суд Российской Федерации указал, что суд первой инстанции правильно сослался на необходимость соблюдения избирательным объединением требований законодательства, регулирующего порядок создания избирательного блока и выдвижения списка кандидатов. Однако суд не учел, что проверка этих обстоятельств должна производиться в пределах, установленных федеральным избирательным законодательством, без вмешательства во внутрипартийную деятельность политической партии. Проверка, проведенная комиссией, и принятое на ее основании решение явилось результатом расширительного толкования избирательной комиссией пределов ее полномочий по проверке порядка выдвижения списка кандидатов, предоставленных избирательным комиссиям пунктом 18 статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях. Высказываясь о нарушениях прав членов партии, якобы установленных избирательной комиссией, суд тем самым допустил произвольное толкование положений устава партии и вышел за пределы предмета судебного исследования. В результате решение суда первой инстанции было отменено, а на избирательную комиссию возложена обязанность зарегистрировать избирательный блок «Родина» и осуществить в связи с этим необходимые действия с соблюдением положений избирательного законодательства.
В Определении от 9 марта 2004 года по делу № КАС04-71, давая оценку обстоятельствам, связанным с проведением избирательной комиссией проверки кворума общего собрания членов регионального отделения политической партии «Партия возрождения России», на котором осуществлялось выдвижение списка кандидатов в депутаты, суд указал, что политическая партия представила все необходимые для регистрации списка кандидатов документы, что подтверждается соответствующими справками избирательной комиссии об их приеме-передаче. От членов этой политической партии не поступало заявлений о несоответствии изложенных в протоколе собрания данных и о нарушении права членов партии быть включенными в список, что могло бы служить основанием для обращения избирательной комиссии в правоохранительные органы с представлением о проведении соответствующей проверки на основании статьи 20 Федерального закона об основных гарантиях. Напротив, в вышестоящую избирательную комиссию при рассмотрении ею жалобы политической партии на отказ в регистрации списка кандидатов были представлены нотариально удостоверенные заявления членов партии, подтверждающих свое участие в общем собрании.
«Оформление подписных листов регистрации участников общего собрания членов партии и контроль за правильностью внесения в них подписей относится к внутрипартийной деятельности, вмешательство в которую органов государственной власти и их должностных лиц не допускается.» (пункт 1 статьи 10 Федерального закона «О политических партиях»). Избирательная комиссия не обладает полномочиями осуществлять проверку таких подписей и назначать в этих целях почерковедческое исследование листов регистрации, не входящих в число документов, представляемых для заверения и регистрации списка кандидатов. Направление на почерковедческое исследование регистрационных листов общих собраний отдельных политических партий, представивших документы для регистрации списка кандидатов, ставит кандидатов, включенных в эти списки, в неравное положение с кандидатами, включенными в списки других политических партий, по которым такое исследование не проводится, что противоречит принципу равенства кандидатов, закрепленному в статье 39 Федерального закона об основных гарантиях.
При проведении избирательных кампаний по выборам депутатов законодательных (представительных) органов власти субъектов Российской Федерации, состоявшихся 12 марта 2006 года, проблема порядка выдвижения кандидатов (списка кандидатов стала трактоваться Верховным Судом РФ как включающая в себя весь комплекс правоотношений потенциальных кандидатов как до съезда, так и на самом съезде. В итоге позиция Верховного Суда Российской Федерации заключается в том, что нарушения при подготовке и проведении съезда, конференции, собрания, на которых выдвигаются кандидаты (список кандидатов), влекут за собой неправомочность съезда, конференции, собрания и, следовательно, решения по выдвижению кандидатов (списка кандидатов), а также все иные принятые решения не имеют юридического значения. Иными словами, нарушения при организации и проведении съезда, конференции, собрания автоматически предопределяют незаконность последующего выдвижения кандидатов (списков кандидатов). Так, в Определении Верховного Суда РФ от 2 марта 2006 года по делу № 47-Г06-1 также указано, что результаты общих собраний местных отделений партии влияют на правомочность конференции по выдвижению кандидатов. Суд не согласился с доводом представителя партии о том, что полномочия избранных делегатов областной конференции подтверждают приложенные к протоколу списки, указав на то, что процедура избрания делегатов должна быть отражена в протоколе общего собрания местного отделения партии.
3.Вновь открывшиеся обстоятельства.
Так, например, согласно пункту 18 статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях и части 2 статьи 42 Закона Курской области «Избирательный кодекс Курской области» избирательная комиссия обязана в течение 5 дней со дня представления документов для регистрации проверить соответствие порядка выдвижения кандидата, списка кандидатов требованиям закона. Однако окружными избирательными комиссиями Курской области при решении вопроса о регистрации кандидатов, выдвинутых Курским региональным отделением политической партии «Партия Национального Возрождения «Народная Воля», порядок выдвижения не проверялся. Проверка была осуществлена уже за пределами установленного срока, и выявленные нарушения избирательные комиссии посчитали вновь открывшимися обстоятельствами. Суд отменил регистрацию кандидата. Такая позиция противоречит имеющейся судебной практике. Верховный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что для проверки установлен определенный срок и при добросовестном исполнении избирательными комиссиями своих обязанностей допущенные избирательным объединением нарушения могли и должны были быть им известны. Недобросовестное отношение избирательных комиссий к исполнению своих обязанностей не может являться основанием для признания тех или иных обстоятельств вновь открывшимися.
Однако данная позиция в период проведения избирательных кампаний в марте 2006 года претерпела изменения, что подтверждается и последней судебной практикой, признающей, что такие обстоятельства могут рассматриваться избирательной комиссией, зарегистрировавшей кандидата, в качестве вновь открывшихся. Именно такую позицию занял и Верховный Суд Российской Федерации при рассмотрении кассационной жалобы окружной избирательной комиссии по выборам депутатов Законодательного Собрания Оренбургской области по одномандатному избирательному округу № 7 на решение Оренбургского областного суда от 19 февраля 2006 года, которым комиссии было отказано в удовлетворении требований об отмене принятого ею решения о регистрации кандидатом в депутаты В.В. Подвигина, выдвинутого Оренбургским региональным отделением политической партии «Родина». Определением от 7 марта 2006 года по делу № 47-Г06-04 решение суда было отменено, т.е. требование избирательной комиссии частично удовлетворен o , производство по делу прекращено в силу запрета отмены регистрации менее чем за 5 дней до дня голосования.
4. Отсутствие среди документов, представленных для регистрации кандидата, списка кандидатов документов, необходимых в соответствии с действующим законодательством.
В соответствии с подпунктом «в» пункта 24 и подпунктом «б» пункта 25статьи 38 Федерального закона об основных гарантиях основанием отказа в регистрации кандидата, списка кандидатов является отсутствие среди документов, представленных для регистрации, документов, необходимых в соответствии с Федеральным законом об основных гарантиях, иным законом для регистрациикандидата, списка кандидатов.
Верховный Суд Российской Федерации указал (Определение Верховного Суда РФ от 13 октября 2005 года по делу № 57-Г05-13), что при данных обстоятельствах отсутствие среди документов, необходимых для регистрации списка кандидатов, первого финансового отчета не могло явиться основанием для отказа в регистрации избирательного объединения. Иначе говоря, суд оценил ситуацию и как бы сделал вывод, что по вине избирательной комиссии избирательное объединение не смогло представить первый финансовый отчет, поэтому его отсутствие не влечет отказ в регистрации списка. На практике чаще всего споры вызывали решения избирательных комиссий об отказе в регистрации кандидата, списка кандидатов в случае, когда фактически отсутствовали не документы, а какие-либо сведения в представленных документах (например, в заявлении о согласии баллотироваться отсутствовали данные паспорта или сведения о месте работы и занимаемой кандидатом должности) либо содержание представленного кандидатом, избирательным объединением документа не соответствовало утвержденной законом форме (например, отсутствовали какие-либо данные в сведениях о размере и об источниках доходов, имуществе кандидата).
Позиция суда по таким вопросам в основном заключалась в следующем. Отсутствие в заявлении кандидата о согласии баллотироваться паспортных данных (серии, номера и даты выдачи паспорта) суд квалифицировал как техническую ошибку, которая компенсирована представлением кандидатом одновременно с заявлением ксерокопии паспорта, что позволяет идентифицировать лицо, обращающееся с заявлением о согласии баллотироваться в качестве кандидата в депутаты. Суд признал неубедительным довод о том, что представление копии паспорта не восполняет недостатка заявления, потому что «совокупность требований, содержащихся в названной статье Федерального закона (Е.К. – пункт 2 статьи 33 Федерального закона об основных гарантиях), предназначена для возможности идентифицировать лицо, обращающееся с заявлением о регистрации в качестве кандидата в депутаты» (Определение Верховного Суда РФ от 6 декабря 2005 года по делу № 35-Г05-17).
Следует обратить внимание, что в судебной практике имелся и другой подход в оценке обстоятельств, когда в заявлении отсутствовали какие-либо данные. В Определении Верховного Суда РФ от 3 марта 2006 года по делу № 69-Г06-3 сказано: когда в заявлениях кандидатов о согласии баллотироваться отсутствовали данные о коде органа, выдавшего паспорт, сведения о гражданстве и о месте рождения, а до принятия решения об отказе в регистрации эти данные были представлены, но суд указал, что в данном случае эти документы признаютсянепредставленными, следовательно, в эти документы не могут вноситься какие-либо уточнения. Более того, указал Верховный Суд РФ, «внесение сведений, которые ранее отсутствовали в заявлениях кандидатов, является не уточнением сведений о кандидатах, а дополнением таких сведений, чего не следует из положений пункта 18 статьи 38» Федерального закона об основных гарантиях. Следует заметить, что в декабре 2006 года пункт 2 статьи 38 получил новую редакцию, а также сформулирован новый пункт 1 1 статьи 38, который предоставил кандидату (избирательному объединению) право вносить уточнения и дополнения в документы, содержащие сведения о кандидате (списке кандидатов) (исключая подписные листы), не позднее чем за один день до дня заседания комиссии, на котором будет рассматриваться вопрос о регистрации, а избирательная комиссия обязана не позднее чем за три дня до дня соответствующего заседания комиссии извещать кандидата (избирательное объединение) о неполноте сведений о кандидате или несоблюдении требований закона к оформлению документов, если таковые выявила. Мы благодарны Верховному Суду Российской Федерации за то, что своими решениями он поддержал ЦИК России, которая потребовала от избирательных комиссий письменно предъявлять весь список неполноты сведений и нарушений оформления документов. Верховный Суд Российской Федерации, изучив материалы дела, с позицией Самарского областного суда не согласился и Определением от 22 февраля 2007 года (дело № 46-Г07-7) отменил решение Самарского областного суда, указав, что в уведомлении ОИК ничего не указывалось, по каким документам требовались уточнения и дополнения, до этого они документально не оформлялись, не отмечалось претензий относительно места работы, ее характера, должности и платежных документов. Иными словами, ОИК обязана была указать в уведомлении о неполноте конкретных сведений и нарушениях оформления документов.
Если извещение отсутствует или носит формальный характер (неполнота сведений, но не указано, какие сведения отсутствуют, нарушена форма документа, но не указано, в чем выразилось это нарушение), неправомерно отказывать в регистрации по мотивам неполноты сведений или нарушения формы представленного документа. По сути дела пункт 1 1 статьи 38 сократил для комиссии срок проверки документов по этим двум названным параметрам на три дня.
5.Установление решением суда фактов несоблюдения кандидатом в течение агитационного периода ограничений, предусмотренных пунктом 1 статьи 56 Федерального закона об основных гарантиях.
В соответствии с подпунктом «к» пункта 24 статьи 38 Федерального закона установленный решением суда факт несоблюдения кандидатом в течение агитационного периода ограничений , предусмотренных пунктом 1 статьи 56 указанного Федерального закона, является основанием отказа в регистрации кандидата. Наличие аналогичного решения суда в отношении кандидата, находящегося в заверенном списке кандидатов, в соответствии с подпунктом «в» пункта 26 статьи 38 названного Федерального закона является основанием исключения кандидата из заверенного списка кандидатов.
Делая вывод о наличии или отсутствии нарушения указанной нормы, суды учитывали положения смежных законов, характеризующие понятия, используемые в указанной выше норме. Так, Законом Российской Федерации «О средствах массовой информации» определяется, что злоупотреблением свободой массовой информации является использование средств массовой информации в целях совершения уголовно наказуемых деяний, разглашение сведений, составляющих государственную или иную специально охраняемую законом тайну, осуществление экстремистской деятельности, а также распространение передач, пропагандирующих порнографию, культ насилия и жестокости. Злоупотреблением свободой массовой информации является распространение и иной информации (вопреки требованиям федерального законодательства).
Судом обращалось внимание на то, что норма пункта 1 статьи 56 Федерального закона об основных гарантиях о запрете агитации, нарушающей законодательство Российской Федерации об интеллектуальной деятельности, не ставит установление нарушения в зависимость от оценки существенности или малозначительности этого нарушения либо от того, какое воздействие оказал агитационный материал на избирателей – положительное или негативное, от оценки причиненного автору произведения ущерба либо от продолжительности допущенного нарушения. Установление нарушения законодательства, регулирующего правоотношения в сфере интеллектуальной собственности, по заключению суда само по себе является фактом, свидетельствующим о нарушении предусмотренных законом ограничений, и основанием для применения предусмотренных законом санкций к нарушителю (Определение Верховного Суда РФ от 17марта 2006 года по делу № 52-Г06-2). Однако в судебной практике встречается и прямо противоположный подход, основанный на принципе соразмерности допущенного нарушения авторских прав при изготовлении агитационного материала и правовых последствий такого нарушения в виде лишения права участвовать в выборах. В частности, в Определении Верховного Суда РФ от 15 февраля 2006 года по делу №35-Г05-20 суд принял во внимание, что используемые в агитационном материале фрагменты общеизвестных музыкальных произведений непродолжительны по времени, в них не содержится призывов к голосованию за кандидатов отделения политической партии, изготовившей агитационный ролик, и (или) против кандидатов, выдвинутых от других партий, а также сведений, дискредитирующих этих кандидатов в глазах избирателей. Нарушения законодательства об интеллектуальной собственности в данном случае не могут быть признаны существенными нарушениями норм избирательного законодательства, могущими в значительной степени повлиять на волеизъявление граждан в предстоящих выборах.
6.Установление фактов подкупа избирателей кандидатами, избирательными объединениями.
Основанием отказа в регистрации, а также отмены регистрации кандидата, списка кандидатов в соответствии с подпунктом «о» пункта 24 и подпунктом «н» пункта 25 статьи 38, подпунктом «г» пункта 5 статьи 76 Федерального закона об основных гарантиях является установление фактов подкупа избирателей кандидатами, избирательными объединениями, их доверенными лицами и уполномоченными представителями, иными лицами и организациями, действующими по их поручению и их уполномоченных представителей.
В пункте 2 статьи 56 Федерального закона об основных гарантиях перечислены действия, которые законодатель считает подкупом и указано, кому запрещено его осуществлять перечислены. Перечень действий, которые закон относит к подкупу, является закрытым. Вместе с тем из сложившейся правоприменительной практики следует, что установление факта подкупа имеет в целом оценочный характер.
В качестве примера можно привести прямо противоположную оценку, которая была дана судом одним и тем же обстоятельствам, связанным с подкупом избирателей при проведении выборов депутата Государственной Думы Ставропольского края по Петровскому одномандатному избирательному округу № 18 (определения Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2003 года по делу № 19-Г03-13 и от 17 ноября 2004 года по делу № 19-Г04-8).
За четыре дня до дня голосования решением Ставропольского краевого суда по заявлению одного из зарегистрированных кандидатов была отменена регистрация кандидата Щ. Анализ решения суда показывает, что нарушение запрета, установленного пунктом 2 статьи 56 Федерального закона об основных гарантиях, вмененное кандидату, неопровержимыми доказательствами не было подтверждено. В ходе судебного заседания не было получено подтверждения самого факта подкупа посредством раздачи муки одновременно с проведением агитации за кандидата Щ., не было подтверждений и того, что эти действия осуществлялись с ведома или по поручению кандидата или его доверенными лицами. Вывод о наличии подкупа сделан судом фактически только на основании показаний трех свидетелей.
Рассмотрение кассационной жалобы в Верховном Суде Российской Федерации состоялось только 4 марта 2003 года. Определением Судебной коллегии Верховного Суда РФ решение суда первой инстанции было отменено в связи с нарушением судом первой инстанции нормы пункта 5 статьи 78 Федерального закона – решение об отмене регистрации кандидата было принято менее чем за 5 дней до дня голосования, производство по делу прекращено. Нарушенное право кандидата не было восстановлено, так как данные о нем были вычеркнуты из избирательного бюллетеня, поскольку решение суда первой инстанции без каких-либо оснований было обращено к немедленному исполнению. По итогам голосования избранным депутатом краевой Думы был признан К. При этом в ходе последующих судебных разбирательств, оценивая установленные в ходе следствия факты выдачи по 50 рублей жителям округа, суд пришел к выводу об отсутствии в этих действиях нарушения закона, так как деньги выдавались гражданам, оформленным агитаторами кандидата К. По заключению краевого суда обещанное дополнительное вознаграждение влияния на их волеизъявление при голосовании не оказало. Довод заявителей о том, что договоры заключались в день голосования (26.01.2003 года), когда агитация запрещена (что является подтверждением грубого нарушения закона), краевой суд признал несостоятельным. По мнению суда указанная дата “свидетельствует о том, что агитатор отчитывался в этот день о проделанной работе и она по акту принималась.”
II. Проблема вины.
Если отказ в регистрации – мера юридической ответственности, то должна быть вина правонарушителя. Однако по делам рассматриваемой категории суды обычно не занимаются выяснением наличия или отсутствия вины. Хотя Верховный Суд Российской Федерации, как будет показано далее, высказывался о недопустимости конституционно-правовой ответственности без вины, но преобладание формального подхода при рассмотрении избирательных споров влечет уход от выяснения вины.
В решениях по отказу в регистрации списка партии “Российская экологическая партия «Зеленые» суд (Определение Верховного Суда РФ от 22 февраля 2007года по делу №4-Г07-9), придя к выводу о том, что обязательное рассмотрение кандидатур при включении в список не членов партии требует обязательного рассмотрения заявлений поддерживающих их членов партии (даже если не затрагивать вопрос о том, что наблюдается достаточно расширительная трактовка пункта 5 статьи 25 Федерального закона о политических партиях, которая формулировалась как гарантия для не членов партии, а на практике превратилась в свою противоположность), не озаботился ответом на вопрос: почему нарушение порядка выдвижения трех из двадцати пяти кандидатов влечет отказ в регистрации всего списка, т.е. привлечение двадцати двух человек к ответственности без вины.
III . Суды, отменяя результаты выборов, не всегда делают вывод о том, что невозможно с достоверностью определить результаты волеизъявления избирателей. Так, Астраханский областной суд решением от 17 марта 2003 года признал недействительными выборы депутата Астраханского областного Представительного Собрания по избирательному округу №4. Регистрация одного из кандидатов была отменена незаконно, голосование по его кандидатуре не проводилось. Верховный Суд Российской Федерации (Определение Верховного Суда РФ от 29 мая 2003 года по делу № 25-Г03-5) согласился с выводом суда первой инстанции о том, что в связи с незаконным исключением из числа кандидатов он был лишен возможности участвовать в выборах в качестве кандидата в депутаты. Нарушенное право подлежит восстановлению путем отмены итогов голосования по округу, поскольку именно таким способом может быть восстановлено пассивное право истца на участие в выборах. Правильным, по мнению Верховного Суда Российской Федерации, является решение суда о том, что незаконное отстранение кандидата от участия в выборах привело к искажению характера выборов как свободных не только для него, но и для избирателей. Верховный Суд Российской Федерации согласился с суждением Астраханского областного суда о неприемлемости одной лишь формальной проверки результатов состоявшегося голосования (Е.К. – разрыв между результатами победителя и второго кандидата был значительным), т.к. истец был незаконно исключен из числа зарегистрированных кандидатов, поэтому можно лишь предполагать, сколько бы голосов избирателей ему было отдано.
Обращает на себя внимание и то, что в судебном решении достаточно категорично сказано, что нарушенное право подлежит восстановлению путем отмены голосования. Конституционный Суд Российской Федерации, не отрицая возможности отмены результатов выборов в таком случае, исходит из того, что для этого недостаточно только незаконной отмены регистрации кандидата, но должны быть и другие основания (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июня 2002 года). Поэтому в судебных решениях обычно недостаточно указания на нарушения пассивного избирательного права путем незаконной отмены регистрации кандидата для квалификации выборов по сути дела как несвободных. Так, в Определении Верховного Суда РФ от 21 января 2003 года (дело №19-Г03-1) четко сказано: «То обстоятельство, что Траспов А.М. не был включен в избирательный бюллетень (Е.К. – отказ в регистрации признан незаконным после выборов), само по себе не могло являться основанием для признания итогов выборов недействительными … Защита избирательного права Траспова А.М. не должна осуществляться в отрыве от реализации активного избирательного права граждан, принявших участие в голосовании... Иначе, в случае признания выборов недействительными, по существу происходит привлечение их (избирателей – Е.К.) к конституционно-правовой ответственности без вины, что недопустимо в принципе.». Верховный Суд Российской Федерации (Определение от 25 февраля 2004 года по делу №46-Г03-25) отменил решение Самарского областного суда, который 18 ноября 2003 года признал состоявшиеся 19 мая 2002 года выборы депутата Самарской Губернской Думы по Кинельскому избирательному округу №22 недействительными. Регистрация кандидата К.
в этом округе была незаконно отменена. Верховный Суд Российской Федерации заявил, что суд «не исследовал вопросы соразмерности защиты избирательного права заявителя с реализацией активного избирательного права граждан, принявших участие в голосовании». Сделана попытка интерпретации указанной соразмерности: «Принцип соразмерности предполагает восстановление не только пассивного избирательного права кандидата, но и соблюдение активного избирательного права граждан, прав других кандидатов и избранного по данному округу депутата Губернской Думы. Иначе, в случае признания выборов недействительными, по существу происходит привлечение их к конституционно-правовой ответственности без вины, что недопустимо в принципе».
Благодарю за внимание.
* Мнение автора выступления может не совпадать с официальной позицией ЦИК России