11 марта 2009 года
ЧУРОВ В.Е.
Я рад приветствовать вас в Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. Мы только что завершили проведение единого дня голосования в субъектах Российской Федерации. Единый день голосования в соответствии с изменениями, внесенными в законодательство, проводится нынешним составом ЦИК России второй раз. Первый раз это было 12 октября прошлого года, следующий единый день голосования состоится 11 октября 2009 года.
Понятие единого дня голосования в период между федеральными выборами означает, что к этому дню приурочивают голосование всех уровней, исключая федеральный. Масштабы единого дня голосования достаточно велики. 1 марта 2009 года голосование проходило в 3500 муниципальных образованиях, а также в девяти субъектах Федерации избирали законодательные органы власти. Всего в списки избирателей было внесено 29 миллионов человек, это примерно четверть всех избирателей России. Теперь мы фактически два раза в год проводим очень массовую избирательную кампанию. При этом вся информация о выборах в самых отдаленных местах становится сразу доступной, благодаря деятельности Информационного центра здесь, в Центральной избирательной комиссии Российской Федерации.
Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что в рамках единого дня голосования 1 марта мы провели расширенный эксперимент по электронному опросу избирателей с использованием сети Интернет.
Я завершил свое короткое вступительное слово и предоставляю возможность вам задавать любые интересующие вас вопросы.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Спасибо, господин Председатель. Это не первая наша встреча. Первая состоялась буквально через день после Вашего назначения на этот пост, и мы были рады Вас с этим поздравить. Мы всегда с удовлетворением отмечаем открытый характер обсуждений во время наших встреч: и когда приезжали для наблюдения за выборами, и сейчас, когда мы находимся здесь в рамках процедуры мониторинга Российской Федерации.
На нас большое впечатление производит процесс организации выборов в Российской Федерации, те усилия, которые прилагаются для этого. Вы сказали, что в рамках единого дня голосования в списки было внесено 29 миллионов человек. Иногда интересно сравнить количество избирателей в разных государствах – членах Совета Европы. Например, в Монако – только один избирательный участок, а в России, как мы понимаем, – 94500.
ЧУРОВ В.Е.
Девяносто шесть тысяч.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Извините за неточность, это на выборах в Госдуму. Масштабы, конечно, впечатляют.
ЧУРОВ В.Е.
1 марта было открыто двадцать шесть с половиной тысяч участков.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Два года назад мы с Вами встречались, обсуждали избирательный процесс. Тогда Вы сами сказали, что в избирательном процессе в Российской Федерации есть определенные недостатки и для их устранения нужны некоторые изменения в законодательстве. Какова сейчас ситуация с этими изменениями?
И второй вопрос. В Совете Европы мы стараемся вести дело по-партнерски. В этой связи было предложение вносить изменения во взаимодействии с Венецианской комиссией. Какова позиция Центральной избирательной комиссии Российской Федерации относительно возможности совершенствования законодательства? Мы всегда с удовлетворением отмечаем, когда к собственным избирательным системам страны относятся достаточно самокритично.
И последнее. Я являюсь председателем Совета по демократическим выборам Венецианской комиссии. В рамках Совета мы подчеркиваем, что в выборном процессе очень важен не только собственно день выборов, но и то, что ему предшествует. Я имею в виду процесс регистрации партий и вообще оценку всего предвыборного процесса. И последний этап, уже после дня выборов, то есть послевыборный период – оценки, уроки, которые извлекаются из проведения выборов. Конечно, мы стараемся найти какую-то общую формулу для оценок выборного процесса в целом, подчеркивая, что это необходимость обеспечения свободного, открытого, демократического доступа людей к голосованию.
ЧУРОВ В.Е.
Думаю, господин ван ден Бранде, что нам больше нет с Вами смысла встречаться: между нами установилась уже настолько прочная мысленная взаимосвязь, что мы можем обмениваться мыслями на расстоянии. Озвученные Вами вопросы с точностью до 100 процентов совпадают с подготовленными мною ответами и именно в той же последовательности.
Первый вопрос – об участии Центральной избирательной комиссии Российской Федерации в нынешних изменениях избирательного законодательства. Согласно Конституции Российской Федерации, как Вы знаете, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации не является субъектом законодательной инициативы, хотя, конечно, нас привлекают к работе над законопроектами. Это дает нам возможность тщательно подготовиться к работе Центральной избирательной комиссии Российской Федерации, избирательных комиссий субъектов Российской Федерации по выполнению измененного закона. В частности, уже сейчас нами проведена работа по подготовке программного обеспечения измененного распределения мандатов в Государственной Думе следующего созыва. Точно так же мы будем готовы к измененному порядку формирования Совета Федерации, когда он будет введен. Именно мы будем давать список претендентов на вакантное место в сенате, потому что у нас фиксируются обладатели депутатских мандатов всех уровней. В целом избирательная система Российской Федерации к поправкам, которые внесены и вносятся в законодательство, готова. Краткая сводка этих изменений и их оценка передаются Вам уже переведенными на английский язык.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Это замечательно. Впервые мы видим, что система вводится в строй еще до голосования.
ЧУРОВ В.Е.
Она не вводится в строй, она готова к вводу в строй.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Можно сказать, это активная система.
ЧУРОВ В.Е.
Она гибкая, она реагирует на изменения в законодательстве незамедлительно, потому что наша основная задача, вмененная нам Конституцией Российской Федерации и законодательством Российской Федерации, – это, прежде всего, организация выборов и исполнение законодательства.
Как вы хотите: мы можем обсуждать каждый вопрос в отдельности или я отвечу на два остальных.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Если господин Пангалос согласится, может быть, все-таки по ходу какие-то вопросы будут возникать.
ЧУРОВ В.Е.
Пожалуйста.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Во-первых, о требованиях к регистрации партий и кандидатов. Здесь были вопросы. И у нас, и у вас это вызывало озабоченность, как Вы говорили, например, количество подписей, которое необходимо. Оно довольно большое в такой стране, как Россия. Есть и другие страны. Вопрос не очевидный, конечно.
Кроме того, семипроцентый порог. О нем не будем говорить, но есть невидимый порог, который может возникать в результате трудностей с доступом, регистрацией и так далее. Хотел бы спросить: есть ли какие-либо изменения в этом плане в законодательстве?
ЧУРОВ В.Е.
Из таблицы вы увидите, что предлагается сделать семипроцентный барьер еще более «плавающим». Он и был «плавающий». По нашему законодательству в ряде случаев он понижался. Семипроцентный барьер в законодательстве Российской Федерации не является фиксированным. До внесения в Государственную Думу соответствующего законопроекта он понижался в двух случаях – если только одна партия преодолевала семипроцентный барьер или если все партии, преодолевшие семипроцентный барьер, в сумме набирали менее 60 процентов голосов избирателей.
По предложению Президента России предлагается расширить число таких случаев. Например, если партия преодолеет пятипроцентный барьер, то ей также передаются депутатские мандаты.
Что касается процесса регистрации партий и кандидатов в период выборной кампании. Накануне единого дня голосования 1 марта 2009 года в трех случаях в субъектах Российской Федерации были оспорены отказы в регистрации партий. И хотя во всех трех случаях партии при подаче документов на регистрацию действительно допустили некоторые неточности, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации, рассмотрев эти жалобы, сочла эти неточности незначительными, не нарушающими закон, и обязала зарегистрировать списки кандидатов от всех партий. Таким образом, списки кандидатов от всех партий перед единым днем голосования 1 марта были зарегистрированы. Предусмотренная законом процедура сработала абсолютно точно.
Сейчас мы рассматриваем проблему регистрации кандидатов на муниципальных выборах. Наши предложения будут направлены на упрощение процедуры регистрации кандидатов на региональных и муниципальных выборах. По нашему законодательству региональный законодатель сам определяет требования к регистрации кандидата. В ряде случаев они превышают требования к регистрации кандидатов на должность Президента России. В этих случаях мы тоже вмешиваемся и поправляем.
Позвольте теперь ответить на второй ваш вопрос.
Т. ПАНГАЛОС.
Я хотел бы два слова сказать. Как я понимаю, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации работает на постоянной основе.
ЧУРОВ В.Е.
Да.
Т. ПАНГАЛОС.
Как правило, в нормальных условиях такой организации быть не должно. Обычно в демократических странах выборы проводятся через механизмы Министерства внутренних дел. Министерство принимает лишь технические решения. Это обычно так.
ЧУРОВ В.Е.
Не могу согласиться с Вашим мнением, что это обычная практика. Если Вы посмотрите на Западную, Центральную и Восточную Европы, механизмы там разные. Германия, Франция – Министерство внутренних дел. Польша и Венгрия – постоянно действующие центральные избирательные комиссии. Постоянно действующие центральные избирательные комиссии имеются в Великобритании, Соединенных Штатах Америки и подавляющем большинстве демократических стран.
Т. ПАНГАЛОС.
В Польше я бы не назвал демократию уже устойчивой.
ЧУРОВ В.Е.
Спасибо. Мне сказать об этом вашим коллегам?
Т. ПАНГАЛОС.
Пожалуйста, никаких проблем. Это страна с серьезными политическими проблемами.
ЧУРОВ В.Е.
Великобритания – тоже страна с серьезными политическими проблемами?
Т. ПАНГАЛОС.
Великобританию я бы так не назвал, но организация там не такая, как Ваша. Скажу почему. Институт, существующий в Великобритании, имеет лишь технические полномочия. Он существует в Великобритании и в США на постоянной основе, потому что там постоянно проводятся выборы, например, руководителей полиции, судей. И, кроме того, там проводится большое количество местных референдумов, поэтому есть техническая необходимость иметь такой постоянный орган.
Проблема, которую я вижу, состоит в том, что имеется два уровня выборного процесса. Первый – кто квалифицирован, кто имеет право быть кандидатом. Если говорить о системе «один человек – один голос», то в принципе каждый человек может быть избран. Большинство стран, конечно, стремятся избежать абсурдизации этого процесса, избежать того, чтобы какие-то странные люди становились кандидатами. Поэтому вводятся определенные символические барьеры, в том числе число подписей. Однако число подписей не может быть значительным, оно должно быть действительно символическим и в любом случае не может выражаться в процентной доле избирателей.
Второй барьер – денежные взносы за регистрацию, которые также обычно являются скорее символическими. Если кандидат удовлетворяет этим двум символическим требованиям, то его регистрируют. В результате в большинстве стран наблюдается очень разнообразный состав кандидатов. Конечно, разный, в зависимости от уровня – местный, национальный, федеральный, как в федеративных странах, таких как Россия. Однако нет необходимости заручаться поддержкой значительного числа избирателей только для того, чтобы зарегистрироваться, чтобы баллотироваться на выборах. Наоборот, уже на выборах человек должен заручиться поддержкой значительного числа избирателей.
Второй аспект – кто избирается. В нормальном случае избирается человек, который получает определенную долю голосов. При делении числа голосов на число мест получается так называемый выборный барьер. Идеальная система получается тогда, когда это имеет абсолютно пропорциональный характер. В большинстве стран такого нет. Причина в том, чтобы было какое-то эффективное правительство, а именно, чтобы выборы образовывали большинство. И в результате определенное число голосов, поданных за тех, кто не выиграл выборы, перераспределяется в пользу тех, кто получил больше голосов. Я, например, в Греции сейчас нахожусь в оппозиции. 1,27 процента голосов, поданных за меня, перераспределены в пользу правящей партии, поскольку необходимо было сформировать большинство. Если бы я принадлежал к небольшой партии, которая получила бы меньше голосов, то доля перераспределенных голосов от моей партии была бы больше.
Вообще, порог – это ненормальный способ выборов. Пороги создают разного рода подозрения. И там, где пороги применяются, это делается, как правило, по неправильным причинам. И чем выше порог, тем неправильнее причина. В Турции, например, порог – 10 процентов, потому что они хотят, чтобы курдов не было в парламенте. Курдов – примерно 15 процентов. И при таком высоком пороге курды не проходят в парламент. В совсем недавнее время туркам пришлось пойти на определенные изменения, поэтому сейчас в турецком парламенте курды есть. В Германии нужно было не дать прохода в парламент неонацистам и коммунистам. Поэтому они ввели пятипроцентный барьер. У неонацистов и коммунистов была поддержка меньше пяти процентов. Когда во Франции на некоторых выборах тоже был введен порог, это было сделано потому, что Шарль де Голль хотел навязать свою волю в конкретных исторических условиях.
Я не говорю, что семипроцентный барьер превращает вашу страну в страну с неправильной демократией. Мы считаем вас демократической страной. Но я вообще не вижу причин для такого барьера. Зачем вообще сохранять этот барьер? Почему не рекомендовать постепенное снижение барьера, и, в конечном счете, введение системы пропорционального большинства с формированием большинства, как это происходит в большинстве стран?
Избирательные системы – это сердцевина политической системы. Всё от них зависит. Хочу вам сообщить, что в Страсбурге есть целый ряд коллег, которые требуют введения мониторинга в отношении Великобритании, поскольку считают, что избирательная система там несправедлива. Система мажоритарного голосования с одним раундом действительно, на мой взгляд, несправедлива. Партия может получить 20–25 процентов голосов, а оказаться вне парламента.
ЧУРОВ В.Е.
Спасибо, господин Пангалос, за очень интересную лекцию. Я использую, с Вашего позволения, некоторые ее элементы в своих лекциях для студентов. Вы совершенно правы, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации – это технический орган, ежегодно организующий более семи тысяч выборов. Это немножко больше, чем количество ежегодно проводимых выборов в США. Мы не можем и не имеем права вступать в дискуссии ни о законодательстве, ни тем более о политических аспектах. Могу ответить только на Ваши вопросы о том, какие предполагаются изменения в законодательстве Российской Федерации и как мы к ним готовимся.
Я только что сказал о том, что во внесенном законопроекте барьер на парламентских выборах снижается. И когда этот законопроект будет принят и станет законом, мы будем его в точности исполнять. Также на законодательном уровне происходит постепенное снижение числа подписей, необходимых для регистрации кандидата. Кстати, принцип минимальной достаточности подписей на муниципальном уровне уже реализован. Обычно это только от 30 до 60 подписей. Правда, на этих выборах был совершенно фантастический эпизод, когда кандидат подделал все 60 подписей. Это, вероятно, очень ленивый кандидат.
По поводу перспективы совместных действий. У нас действительно сложилось очень конструктивное сотрудничество. В целом, работая вместе с нашими коллегами из ПАСЕ, мы выходим как минимум на две общие проблемы, на которые хотел бы обратить внимание:
Первое – это оценка информационной открытости избирательных органов, потому что одним из принципов демократического государства является свободный доступ каждого гражданина к максимальному объему информации. Мы заинтересованы в выработке объективных критериев такой открытости. Мы начали эту исследовательскую работу и предлагаем вам продолжить ее совместно. Думаю, что выработка таких критериев входит в мандат Парламентской ассамблеи Совета Европы.
Второе. Нас очень обеспокоило решение Конституционного Суда Германии, фактически запретившего развитие электронных форм голосования в Германии. А ведь мы вместе с нашими американскими, японскими, эстонскими коллегами взяли курс на развитие электронных средств голосования. Мы считаем, что одним из базовых оснований электронного голосования должна быть выработка международных стандартов. Без этого развитие современных форм голосования, исключающих так называемый «человеческий фактор», невозможно. Мы передадим Вам отчет о наших последних экспериментах в этой области. Просили бы подумать о возможности инициирования данного вопроса на Парламентской ассамблее, а именно – о начале выработки международных стандартов и сертификатов электронного голосования.
Вот наши два конкретных предложения для продолжения совместных работ. Готовы рассмотреть и открыты для сотрудничества по конкретным вопросам организации выборов с любой организацией, в том числе с такой уважаемой, как Парламентская ассамблея Совета Европы.
Я, конечно, абсолютно согласен с мнением господина Люка ван ден Бранде о том, что избирательный процесс – это не только день голосования. Конечно, периоды до дня голосования и после дня голосования представляются очень важными. В частности, мы уже сейчас приступили к подготовке единого дня голосования 11 октября сего года. Целый ряд критических вопросов, возникших 1 марта, мы рассматриваем в разрезе тщательной подготовки к октябрьским выборам. Например, на уровне муниципальных выборов выявилась проблема недостаточной информированности избирателя, в том числе и о самих кандидатах. Казалось бы, небольшой поселок, где каждый знает каждого. А вот поступают жалобы, что кандидат не работает с избирателем и избиратель не знает кандидата.
И, как и прежде, мы примерно через месяц будем готовы Вас познакомить с так называемой Зеленой книгой (мы выпускаем ее уже два года после каждых выборов), в которой обобщены все без исключения замечания, жалобы, предложения относительно прошедших выборов. При создании этой Зеленой книги опираемся на три источника информации. Первый – жалобы, пришедшие по системе избирательных комиссий.
Второй – жалобы, пришедшие по линии негосударственных организаций, в частности, с некоторых "горячих линий" связи с избирателями, организованных общественными организациями. В России в настоящее время существуют, помимо партийных структур, три независимые от правительства и ЦИК России «горячие линии». Третьим источником Зеленой книги являются средства массовой информации, которые также анализируются на предмет поступающих претензий. При этом в Зеленой книге содержатся и результаты рассмотрения каждой жалобы, в том числе данные о судебных процессах, возбужденных по результатам проверки.
Мне трудно представить большую открытость данного процесса, но подчеркиваю, что и процесс подготовки выборов, и процесс их оценки открыты для уважаемых коллег из Совета Европы.
Я позволю себе предоставить Вам предварительный отчет о выборах 1 марта. Точно такой же экземпляр есть у Президента России Дмитрия Анатольевича Медведева. Подчеркиваю, у Вас точно такой же, как у Президента. Также я позволил себе подготовить для Вас подборку некоторых моих публичных выступлений в ряде газет Российской Федерации в последнее время. К сожалению, они только на русском языке, мы не успели после 1 марта перевести все сразу. Но, господин Пангалос, я хотел бы обещать Вам, что к нашей следующей встрече мы сделаем также перевод и на греческий язык. Между прочим, греческий язык довольно близок нам. Первые церковные книги пришли в Россию на греческом языке. И, между прочим, в них содержались первые избирательные правила. Могу с гордостью сообщить, что нашими первыми учителями в избирательном процессе еще в девятом веке были греки. Господин Пангалос, вы сегодня продолжили эту традицию.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
У меня еще четыре практических коротких вопроса.
Хотел бы сначала сделать комментарий общего характера в духе того, о чем здесь говорил мой дорогой друг господин Пангалос. Конечно, есть реальное содержание выборного процесса, не только формальное. И в этой связи действительно возникает вопрос о пороге. Он обсуждался на первых общих прениях в Совете Европы по вопросу о состоянии демократии в Европе. Там дискутировали о пороге 3–5 процентов. Общий подход, к которому пришли, состоит в том, что порог, если его вводить, должен быть пропорционален цели, то есть, соразмерен цели, которая при этом ставится. В принципе, порога не должно быть, он всегда должен быть обусловлен определенной целью и задачей, соразмерен им. Поэтому само снижение порога или большая гибкость в плане порога, о чем говорится в документах, которые Вы передали, мы принимаем к сведению. Я лично считаю, что это хорошая эволюция, это прогресс.
В то же время мы знаем, что страны, где порога формально не существует, иногда имеют реальный порог, который даже выше, чем в тех странах, где порог формально существует. Я имею в виду, что такой порог может возникать при перераспределении мест. Поэтому я полностью согласен в данном отношении с господином Пангалосом. Главная задача – обеспечить максимально полный доступ к представительству. В этой связи Венецианская комиссия ведет интересную работу, и вскоре выйдут ее документы на данную тему.
Теперь четыре коротких вопроса.
ЧУРОВ В.Е.
Позвольте мне тоже сделать реплику по той же теме. Абсолютно согласен со всем, что Вы сказали. На выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в 2003 году, в которых я сам участвовал как кандидат, ставший потом депутатом, был пятипроцентный порог. Представительность парламента была чуть более 70 процентов. В 2007 году на выборах был семипроцентный порог. Представительность парламента при повышенном пороге возросла до 92 процентов. При этом партии, не преодолевшие семипроцентный барьер, не преодолели и трехпроцентный барьер. Могу предположить, что в полном соответствии с изложенными Вами принципами наши законодатели и Президент пришли к выводу о необходимости изменения подхода к вопросу о барьере. Это – ответ на Вашу реплику и подтверждение того, что у нас здесь единые подходы.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Первый вопрос. ЦИК является техническим органом. Если это так, то можно ли сказать, что существует такое положение, по которому все претензии, все жалобы, в конечном счете, решаются в суде, а не в ЦИК. Ибо, если ЦИК – технический орган, то вы не можете принимать решение по жалобам.
Второй вопрос я уже задавал Вам. Готовы ли вы сотрудничать с Венецианской комиссией? Вы говорили, что готовы взаимодействовать с Советом Европы, с Парламентской ассамблеей. Я считаю, что хорошим, правильным подходом является сотрудничество именно с Венецианской комиссией. Есть ли у вас желание с ней взаимодействовать?
Третий вопрос. Вы обрисовали ситуацию с партиями федерального уровня. А что касается региональных партий, на мой взгляд, очень важно, чтобы и они могли пробиваться на федеральный уровень, то есть имели бы возможность избрания депутатов и Государственной Думы. Например, ХСС в Германии – это партия региональная, действующая в Баварии, однако при выполнении определенных условий и критериев она представлена в Бундестаге. Я считаю, что очень важно иметь такую систему, которая позволяет региональным партиям при выполнении определенных условий получать места в федеральном парламенте.
И последний вопрос. Мы слышали о том, что, начиная с 1 сентября, будет некое просеивание, или будут создаваться какие-то определенные барьеры при доступе политиков к СМИ. Те, кто уже представлены в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, получат своего рода преимущество в доступе к СМИ и, соответственно, к населению по сравнению с теми, кто еще не представлен в Думе. Мы хотели бы спросить, как относится к этому ЦИК в свете предстоящих выборов? Не получится ли так, что те, кто уже находится в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации, получат преимущество по сравнению с другими кандидатами?
ЧУРОВ В.Е.
По первому вопросу. При рассмотрении избирательных вопросов ЦИК России является высшей инстанцией в системе избирательных комиссий, но наше решение может быть оспорено в Верховном Суде. Окончательное решение в данном случае принимает Верховный Суд. Соответственно для избирательных комиссий всех уровней действует тот же принцип. Кроме того, имеется возможность подать жалобу непосредственно в суд. В этом случае мы приостанавливаем рассмотрение поступившей к нам жалобы до решения суда. На самом деле рассмотрение жалобы, как правило, проходит трижды – на уровне субъекта Федерации с участием прокуратуры, на уровне Центральной избирательной комиссии Российской Федерации и на уровне того или иного суда. Поэтому мы абсолютно уверены в законности рассмотрения.
По Венецианской комиссии. Да, мы подтверждаем готовность продолжать сотрудничество с Венецианской комиссией. Мой заместитель Станислав Владимирович Вавилов является нашим представителем по сотрудничеству с Венецианской комиссией.
Л. ВАН ДЕН БРАНДЕ.
Хотел бы уточнить: сотрудничество с Венецианской комиссией или предоставление ваших предложений Венецианской комиссии?
ЧУРОВ В.Е.
Если Вы это рекомендуете, то мы это сделаем. Никаких проблем с этим нет.
Третий вопрос по законодательству Российской Федерации. У нас отсутствует понятие "региональные партии". Мы не регулируем, тем более никак не связаны с законодательством о партиях. Однако в избирательном законодательстве есть понятие "избирательные объединения". На муниципальном уровне избирательные объединения пользуются равными с партиями правами. Скажем, сейчас на выборах в Самарской области избирательное объединение "Декабрь" (это пока не партия) получило хороший результат – второе место на выборах в городе Тольятти – и допущено к распределению мандатов. Правда, они, насколько я понимаю, сейчас присоединятся к новой федеральной партии "Правое дело". Это их желание, их воля.
Четвертый вопрос, касающийся мониторинга равного доступа политических партий к средствам массовой информации. Хотел бы напомнить, что два года назад Центральная избирательная комиссия инициировала эту дискуссию. Присутствующий здесь Александр Владимирович Иванченко, который возглавляет Российский центр обучения избирательным технологиям, уже полтора года ведет экспериментальные работы. Госпожа Гришина, моя коллега, член Центральной избирательной комиссии, курирует эту работу. Она даст некоторые комментарии.
ГРИШИНА М.В.
Первое и главное, что нужно отметить: средства массовой информации в Российской Федерации свободно, в соответствии с Конституцией, освещают деятельность политических партий. В межвыборный период между федеральными выборами ограничения минимальны и касаются только вопросов злоупотребления свободой массовой информации. В период выборов, в частности федеральных, которые мы проводили и где начинался вопрос мониторинга, более регламентированные правила и, соответственно, больше гарантий равного доступа политических партий к эфиру в период избирательной кампании. Соответственно симметрично, в ходе региональных и местных избирательных кампаний определенные гарантии доступа к СМИ устанавливаются федеральными законами.
В материалах, которые вам представлены, есть информация о новом проекте федерального закона, который называется "О гарантиях равенства парламентских партий при освещении деятельности государственными общедоступными телеканалами и радиоканалами".
ЧУРОВ В.Е.
В этой части это очень похоже на германский закон о партиях, прошедших в Бундестаг. Честно скажу, что у меня есть сомнения в том, что хотя бы в одной стране мира можно достичь полного равенства в информационном поле. Ни в одной стране это недостижимо.
Т. ПАНГАЛОС
Мы были убеждены, что как раз в Российской Федерации.
ЧУРОВ В.Е.
Спасибо.
Я хотел бы пригласить моих уважаемых коллег приехать к нам в гости 11 октября, можно несколькими днями раньше, посмотреть, как проходит единый день голосования. Будет две тысячи голосований. Мы вам покажем все.
И последнее. Передаю вам сборник «Международные наблюдатели о президентских выборах в 2008 году» на английском языке.
Надеюсь на продолжение взаимных обменов.